Rod Janois
Quel est ce monde, Mister Robinson?
Название: Демон темноты
Автор: Rod Janois
Бета: Мандариновая Фея, m.urs, ~Bohemienne~
Размер: мини (1718 слов).
Пейринг/Персонажи: Солаль (Лоран Моран)/Нуно Резенде (Adam et Eve. La seconde chance)
Категория: слеш
Жанр: ангст
Рейтинг: NC-21
Саммари: вживаться в роль не всегда легко.
Предупреждение: ООС, изнасилование, обсценная лексика, элементы POV


— Так, хватит, по домам, — голос Паскаля был слышен, кажется, в каждом уголке репетиционного зала. — И, Лоран, попробуй свыкнуться с мыслью, что целоваться с Нуно тебе придется на каждой репетиции и на каждом спектакле. Достал уже жаться, ты мужик или кто?

— В том-то и дело, что мужик, — недовольно пробормотал Со, исподлобья глядя на будущего Снейка.

— Короче, привыкай к мысли, — хмыкнул всеслышащий Обиспо, — остальным — до завтра.

По какому-то наитию Резенде догнал Морана:

— Эй, погоди. Пошли ещё немного текст доработаем, а? Ну, вдвоем.

"Со посмотрел на меня, как на дебила, которым я, в сущности, и был. Ну, или как неведомого мазохиста-извращенца, которому на сегодня оказалось мало репетиций, и он хочет ещё".

Впрочем, Солаль промолчал, достал мобильный и позвонил жене:

— Карин? Я сегодня задержусь, прости. Да, думаю, это лучше перенести на завтра. Ну что ты, все хорошо, просто надо кое-что ещё проработать. Да, и я тебя.

Лоран хмыкнул, отключил телефон и повернулся:

— Где ты там собирался прорабатывать текст? Веди.

Через пять минут они уже были у гримерок. Некоторые из них не закрывались и там иногда можно было отоспаться, если после репетиции уже нет сил тащить себя домой. Ну, или если хорошо отпраздновать выступление.

На улице стемнело и в гримерке, окно которой выходило ровно на стену здания, царил полумрак. Даже не пытаясь включить свет, Нуно развернулся к Морану:

— Ну? В темноте ты такой же боязливый?

Легко обняв за талию, подтянул его ближе к себе. Лоран сначала не понял, чего от него хотят, но, когда до него дошло, вырвался:

— Эй, Нуно, ты совсем охренел?!

— Хэй, полегче! Мы с тобой знакомы не один год, так? Так. Просто успокойся и доверься мне, ладно? Если мы сможем здесь и сейчас, то на сцене потом будет уже легче, чем с нуля. Думаешь, мне сильно нравится, что я должен целоваться с мужиком? Хрен тебе. Но я же не строю из себя недотрогу и хотя бы пытаюсь что-то сделать. Расслабься, Со. Просто расслабься, ок?

— Да не в этом дело. Лучше забей, а? И не надо нам ничего репетировать, пошли лучше напьемся, раз уж я жене сказал, что задержусь.

— Ты понимаешь, что, если мы так и не сможем — Паскаль заставит нас тренироваться прямо на сцене, критикуя и комментируя, посадив остальную труппу в зал, пока мы будем пытаться? Я не хочу, мать твою, чтобы надо мной вся труппа ржала! Поэтому забей на свои причины и не строй из себя хрен знает кого. Нам нужно вжиться в роль, чего бы это ни стоило, понял меня?

Во время тирады Лоран успел отойти от Нуно на несколько шагов и теперь стоял, опираясь плечом на стену.

"Странный он какой-то сейчас, напряженный, взвинченный, как натянутая струна: чуть дёрни — порвется и порежет пальцы", — подумал Нуно, подходя.
— Расслабься, — шепот в полумраке и лёгкое поглаживание по плечу. Кажется, помогло, потому что напряжение медленно, но все-таки ушло из взгляда Со, как будто он смирился или принял, наконец-то, какое-то важное для себя решение. Наверное, это хорошо. Резенде аккуратно потянулся к нему, медленно, чтобы тот успел подготовиться. Легко коснулся губами губ, совсем чуть-чуть, чтобы дать возможность привыкнуть, понять, осознать, да что угодно, лишь бы он не дёргался от него, как от чумного!

— Вот видишь, ничего страшного, — всё тот же тихий шепот и поцелуй чуть сильнее, почти по-настоящему, но быстро отстраняясь, чтобы Со мог осознать, что в этом действительно нет ничего страшного.

Лоран опирался на стену, Нуно прижался к нему уже всем телом и поцеловал по-настоящему, серьезно, сильно, но опять очень быстро, не заставляя его отвечать или отталкивать. Короткий взгляд: глаза закрыты, губы сжаты, дышит тяжело, как будто ему трудно, сложно, невозможно...

"Блин, а то мне хорошо! Как же, разбежался".

Снова прижимаясь к Морану, Резенде аккуратно провёл кончиком языка по кромке губ, Со удивлённо распахнул глаза и чуть приоткрыл рот, чем и воспользовался Нуно, углубляя поцелуй.

Резенде легко притянул Солаля к себе и обнял за плечи, руки Лорана неуверенно легли Нуно на талию, и он, наконец-то, ответил на поцелуй. Сначала робко и как-то потерянно, но постепенно всё увереннее и, в конце концов, оба поняли, что им явно не хватает воздуха. Отстраняясь, чтобы отдышаться, Нуно не успел ничего сказать, как Лоран уже сам поцеловал его. Яростно, сильно, прикусывая нижнюю губу и тут же языком проводя по укусу. Видя такую реакцию, Нуно довольно улыбнулся.

"Я сумел его растормошить!"

Решив слегка подразнить Со, Резенде погладил его шею, зарылся руками в волосы, провёл по спине.

"Интересно, как он отреагирует? На зеленке пригодилось бы".

Солаль зарычал, вжал Нуно в стену и снова поцеловал. Хотя, скорее, впился в губы, кусая, лаская языком, заставляя подчиняться своему ритму, и Нуно поддался, расслабился в руках друга, отвечал на поцелуи-укусы, забираясь руками под футболку Лорана, и уже было не разобрать, где чей стон. Моран вжимался в Резенде ещё сильнее, уже даже не пытаясь скрыть возбуждение, а Нуно чуть улыбался и царапал Солалю спину. Потом, когда-нибудь, в другой жизни, которая начнется, едва они выйдут из гримерки, жена спросит Со о царапинах, и он честно ответит, что это был Нуно, на репетиции. И она поверит, как и всегда. Но сейчас, в полутёмной гримерке, для Лорана существовал только один человек. Затрещала по шву скидываемая футболка: он не умел быть нежным.

— Просто репетиция, говоришь? — буквально прорычал ему в рот Моран и укусил за плечо, за шею, за мочку уха, дёрнул на себя и повалил на диван, придавив своим весом, не давая даже пошевелиться, буквально отрывая пуговицу на джинсах и резко дергая вниз молнию.

— Никогда, запомни, никогда не дразни меня, мальчишка, — прошипел Со и теперь Резенде стало по-настоящему страшно.

— Со, стой. Я же шутил, слышишь? — испуганный шёпот в темноте только раззадорил Морана.

— Я так и понял, — укус в шею заставил Нуно вскрикнуть, а поцелуй заткнул рот. Футболка валялась неизвестно где, а джинсы Лоран сдернул с него одним движением, резко, вместе с бельём, не давая возможности вырваться.

— Лоран, бля, отпусти меня! — уже почти кричал Нуно, но Моран как будто с ума сошёл и не замечал ничего вокруг. Поцелуи-укусы приходились каждый раз в другое место, руки Нуно были сведены над головой и прижаты рукой Солаля, лишая возможности шевелиться. Резенде хныкал, понимая, что его репетиция-розыгрыш зашла слишком далеко, и уже нет возможности остановиться. Нуно казалось, что сам дьявол пришёл к нему во тьме. Глаза Лорана горели лихорадочным и каким-то совершенно нездешним светом.

— Ну что, малыш, готов? — рокочущий хриплый голос тоже казался дьявольским.

— Нет, Со, не надо, прошу тебя.

Но в ответ на все стенания он получил лишь смех низким хриплым раскатом.

— Молчи, просто молчи. И расслабься, будет не так больно.

"Дьявол, дьявол шептал мне это, — убеждал себя Нуно, — это не может быть Со. Со добрый, правда же? А это дьявол, демон темноты, он все-таки выбрался из-под моей кровати". Укусы становились всё болезненнее, но вместе с тем приносили какое-то извращенное удовольствие. Со спускался все ниже, укусил за живот и встал с Нуно.

"Боже, кажется, все", — однако он рано расслабился, так как в следующую секунду Лоран за руки сдернул его с дивана и буквально кинул к трубе.

"Черт, больно!"

Но он уже стоял к ней лицом и его руки были привязаны ремнем все к той же злосчастной железяке.

"Мать твою!"

— Лоран, блять! — заорал Нуно, не обращая внимания на то, что их могут услышать.

— Не ори, всё равно все разошлись, — ледяной голос из темноты. Шорох ткани и властная рука опустилась португальцу на спину.

— Наклонись.

— Иди в жопу...

Смех. Низкий, хриплый, раскатистый. Нуно всегда любил смех Лорана: он казался ему идеальным. Теперь же, кажется, он будет преследовать Резенде исключительно в кошмарных снах.

— Думаешь, не пойду? — яду в голосе позавидовала бы и кобра.

Сильно нажал на спину.

"Сломает же, придурок!"

Нуно принципиально стоял ровно. Рычание за спиной перешло в хриплый стон, и он почувствовал резкую боль в заднице.

— Я же говорил тебе: наклонись.

— А я говорил тебе, чтобы ты шел... — сдавленно просипел Нуно в ответ, не в силах закончить предложение.

"Сюр. Невозможно. Нереально. Совершенно неправдоподобно, сказал бы я, расскажи мне кто-нибудь о том, что меня изнасилует Солаль после репетиции. Добрый, понимающий Солаль".

Боль тем временем нарастала, Лоран даже не подумал о смазке или осторожности, он старался получить удовольствие от процесса по максимуму.

Нуно закусил губу и пытался не орать от ослепительных вспышек ада перед глазами.

"Толчок, ещё, чёрт, сволочь, кончай уже быстрее!"

Возможно, он проорал это вслух, потому что Моран рассмеялся где-то у него за спиной.

"Кажется, прошла вечность, с тех пор, как я предложил ему немного задержаться и поработать над сценарием. Кажется, он даже позвонил жене и что-то там отменил. Кажется, что в прошлой жизни я сам, первый, полез к нему с поцелуем, настаивал, долбоёб, на репетиции. Я же теперь близко к нему подойти не смогу! Нет, дебил, сможешь. Сможешь и подойдешь, если не хочешь, чтобы вся труппа узнала, как тебя оттрахали прямо в гримерке, привязав к батарее, сможешь и поцелуешь, придурок!"

Ещё пара кругов и ада, и Моран наконец-то расслабился, кончив. Нуно напрягся, не зная, чего ещё ожидать от этого нового для него Со. Побоев? Объятий? Угроз? Просьб о прощении? Он уже не понимал, кто он и где находится, у него болел зад, затекла спина и саднили содранные запястья.

"Этот урод, судя по звукам, ходит по гримерке и одевается. Видит в темноте как кошка! Или как демон, тот самый, который в детстве прятался у меня под кроватью".

— Твоя одежда на диване. Вся. Отдыхай, малыш, — насмешка и ледяное спокойствие. Как будто не он только что оттрахал своего друга, коллегу, с которым вместе был сыгран не один спектакль и выпита не одна бутылка. Дьявол, а не человек! Нуно даже не успел заметить, как Лоран подошёл к нему. Несколько резких рывков и кожа на запястьях окончательно порвалась, внезапно освобожденная от ремня.

— А это так, на память, — и тот же ремень весьма чувствительно прошёлся пряжкой по спине.

— Блять, сука!

Спина перестала казаться онемевшей: теперь это был просто один сплошной комок боли наравне с задницей. Хлопнула дверь, звуки шагов затихли в глубине коридоров, а Нуно сжался в комок в углу, на полу тёмной гримерки, совершенно не понимая, что только что произошло.

"Кажется, чтобы осознать это, мне потребуется куда больше, чем одна ночь, а чтобы принять — возможно, вечность. Я уже не смогу, как раньше, напиваться с Солалем в кабаке или у меня дома, я не смогу, никогда не смогу оставаться с ним наедине.

Мама, помнишь, я обещал тебе, что, когда вырасту, уже ничего не буду бояться? Мам, прости, но, кажется, я снова боюсь темноты".

@темы: R - NC-21, Фикрайтерство, Со/Нуно, слеш